Российские власти исследуют новые способы борьбы с гражданскими активистами


Ольга Ли
В последнее время участились случаи противодействия выезду из России - читай – осуществлению права на свободное перемещение. (Статья 28 Конституции РФ) гражданских активистов и критиков власти.
 
В конце декабря Ольге Ли, главному редактору издания «Народный журналист», бывшему депутату Курской областной думы не позволили выехать в Израиль, куда она направлялась с детьми на время школьных каникул. Как рассказала Ольга Ли корреспонденту Радио Свобода, по дороге в аэропорт Шереметьево машину, в которой она ехала, дважды задерживала на трассе полиция под предлогом того, что суд признал законной обжалованную ею ранее подписку о невыезде, и она, якобы, должна участвовать в неких следственных действиях. В аэропорту, Ольгу Ли не пропустили через пограничный контроль, заявив, что она может опротестовать действия представителей власти в письменной форме.
Ольга Ли стала известной в начале марта 2016 года, когда, еще будучи депутатом, выступила с критикой президента Путина и местных чиновников. Известность обернулась заведением сразу двух уголовных дел – о клевете и о «возбуждении ненависти по признаку принадлежности к социальной группе представителей власти». Ольга Ли свою вину полностью отрицала. Второе дело вскоре было прекращено за отсутствием состава преступления.
В сентябре 2016-го Ольга Ли баллотировалась в Курскую областную думу от партии «Яблоко», но проиграла. А уже в октябре прокуратура снова за нее взялась – взяв с нее через суд подписку о невыезде, которую она сразу опротестовала.
С Родионом Суляндзигой, Директором Центра содействия коренным малочисленным народам Севера в аэропорту  Шереметьево два года назад произошла  совсем уж неприятная история. На контроле Суляндзига протянул пограничнику свой паспорт, а получил его без нескольких страниц. В результате активист не только не смог выехать из России для участия в международной конференции ООН,  но его же самого попытались привлечь к ответственности за порчу документа. Осенью 2014 года суд не нашел состава преступления в действиях паспортного контроля «Шереметьево», после проверки которого выяснилось, что «у директора Центра содействия коренным малочисленным народам Севера Родиона Суляндзиги вырвана страница в паспорте, что и помешало ему улететь на конференцию ООН». Суляндзига решение обжаловал. В конце концов, дело было закрыто, выяснилось, как позже заявил активист в интервью «Росбалту», что «никто не виноват», ни я, ни паспортный контроль мой паспорт не резали, он порезался сам». Суляндзига отметил, что наученный  горьким опытом, отныне перед каждой проверкой документов просит предварительно подтвердить, что все страницы паспорта на месте. 
Осенью 2016-го года в СМИ появилась информация, что в Шереметьево у участников конференции ООН по вопросам коренных народов якобы опять забирали паспорта и возвращали испорченными, констатируя, что с такими документами выехать за границу не получится. Представитель крымско-татарского народа сообщил о похищении паспорта неизвестными, а представительницу Меджлиса сняли с поезда из Киева в Крым, и она тоже лишилась паспорта. 
В середине декабря свою история поведала Лилия Шибанова, лидер ассоциации «Голос» и член правления Европейской платформы за демократические выборы. Ее паспорт оказался испорчен после прохождения пограничного контроля в Москве по возвращении из-за границы. Как написала Шибанова в Фейсбуке, из документа была вырвана страница с литовской визой. Обнаружив проблему спустя две недели, Шибанова обратилась в фирму «Дилижанс-вояж», где ей сделали новый паспорт. Однако позже фирма потребовала его вернуть из-за проблем при оформлении. После этого в ряде российских СМИ Шибанову обвинили в подделке документов. Ей запрещено покидать территорию России. У нее изъят недавно выданный загранпаспорт.
Европейская  платформа  за демократические выборы выразила серьезную озабоченность в связи с ограничением права Шибановой на свободу перемещения, а также протест против «необоснованных обвинений в фальсификации документов» и призвала российские власти прояснить ситуацию. Власти молчат.